War started, and everything is worse now
(Shamelessly stolen from Bojack Horseman)

В честь конца очередного этапа моей жизни и по старой традиции, а так же - в честь вчерашней аннексии самой большой территории со времен второй мировой войны…

Частично, задача тут - разложить по полочки часть того, что кушает меня, и этим очистить сознание перед следующим этапом, разобраться с противоречиями, понять, что на самом деле я думаю и почему по поводу части волнующих меня вопросов.

Этап

Пишу эти строки когда:

• Окончательно подтверждено, что послезавтра начну учиться в магистратуре в универчике, где работаю
• Донецкая, Луганская, Запорожская и Херсонская область в чистилище аннексии Россией (не ратифицированы Госдумой)
• Переезды и изменения - тонны их - в целом ряде контекстов в Городе

Эти полгода

Невероятно быстро и бессмысленно прошло лето - и по моей оценке, и по оценке Маши - поговорили об этом, пришли к тому, что лучше это лето пройти не могло. Удивительно, как много и как незаметно крадёт энергии война, даже если ты далеко - и особенно если у тебя были проблемы с energy management до этого. И страшно представить как сейчас тем, у кого то же самое, но кто близко.

Информационный фон

Ещё до начала войны, я принял решение не смотреть почти никаких видео, если она начнется. До сих пор считаю, что это очень помогло изолироваться от части эмоционального ада - так же, как и в середине марта перестать читать почти все популярные украинские/киевские паблики, на которые подписался в феврале. Когда опасность Киеву миновала, они мне больше не были нужны как источники информации о жизни Города, и их убожество как источников информации обо всем остальном стала все более и более заметна.

Было очень интересно наблюдать, как (без исключений!) все мои друзья и знакомые, читающие эти паблики, значительно больше нуждались в мотивации и разговорах о том, что все будет хорошо. Где бы они ни были.

Но оставалось все остальное, оставался факт, что за новостями следить “надо” (чего до этого благополучно не делал годами, кроме кризисов), и это все незаметно крадёт единицы внимания и энергии. Тем более, что новости последние полгода НЕВЕРОЯТНО динамичны и интересны сами по себе, даже без привязки к тому, что они напрямую связаны с вопросами жизни и смерти близких мне людей и самого существования самой близкой мне страны.

Ровно так же поменялось то, как я прокрастинирую и что я читаю. Читаю я всегда то, что интересно, интересно мне тупо все, и так и получается, что читаю то, что на радаре - то, что связано с уже читаемой информацией. Раньше это могла быть Википедия, часами, про способы клеймить скот, законы про ввоз животных в Австралию, или вымершие породы собак. Сейчас у меня открыта статья о том, почему Илья Ильин, которого цитировал Путин во время своей речи про аннексию, фашист.

Любимый философ Путина ровно настолько же интересен как и вымершие породы собак - и в итоге в моем сознании значительно больше грязи и негатива. Мне кажется, это влияет даже больше, чем туча российский пропаганды - там я хотя бы мысленно фильтрирую, зная, что работаю с ядом.

А грязь от статей о любимом философе Путина незаметно приносит в мое сознание, как минимум, того же Путина.

Ненависть

📈

Ненависти сейчас значительно больше, чем на начале войны, почти у всех. У украинцев к россиянам, у украинский военных и у росскийских оккупантов (судя по группкам обоих, которых читаю). Про мнения россиян мне сложно судить, но по данным Левады там с течением войны все тоже ухудшалось.

До конца марта, я ожидал пик русофобии на начале войны, ожидал пик поддержки войны в России тоже на начале (потом когда спадет первая волна наступит там совесть, холодильник, начнут возвращаться трупы)¹.

Я был неправ - ненависть росла и растет медленно, но необратимо. А война становилось страшнее и страшнее, значительно более чем кто-либо ожидал.

А ведь нас предупреждали

Хотя нет, кто-то ожидал именно этого. Как напомнил² Байден в своей речи в ООН полторы недели тому (emphasis mine):

In fact, we warned it was coming.  And with many of you, we worked to try to avert it.

[…]

And now we see attacks on schools, railway stations, hospitals, wa- — on centers of Ukrainian history and culture.

In the past, even more horrifying evidence of Russia’s atrocity and war crimes: mass graves uncovered in Izyum; bodies, according to those that excavated those bodies, showing signs of torture.

This war is about extinguishing Ukraine’s right to exist as a state, plain and simple, and Ukraine’s right to exist as a people.  Whoever you are, wherever you live, whatever you believe, that should not — that should make your blood run cold.

И Господи, да, я это помню. Предупреждали обо всем, о больницах, фильтрациях, вокзалах, о невероятной жестокости и ужасах, тогда никто не мог в это поверить:³

Russia is creating lists of Ukrainians ‘to be killed or sent to camps’, US claims | Ukraine | The Guardian (21 февраля):

It warns that a Russian invasion of Ukraine would create a “human rights catastrophe” and that further abuses are being planned, which have previously included “targeted killings, kidnappings/forced disappearances, unjust detentions, and the use of torture”.

“We also have intelligence to suggest that there will be an even greater form of brutality because this will not simply be some conventional war between two armies. It will be a war waged by Russia on the Ukrainian people, to repress them, crush them, to harm them,” he said.

И как я писал в Евромайдан 3, мне кажется критично важно помнить, как же это не нормально. Напоминалочка себе - вот эти сообщения с конца февраля:

Отношения к России и россиянам

Тон Зеленского в его видео очень точно отражает настроение среднего украинца.

• 19 февраля: “Росіяни - теж люди. Вони не зможуть піти війною на Україну”, - Зеленський у Мюнхені
• 27 марта: “Смотрите, я считаю, что ты не можешь ощутить эту боль, которую ощутили мы, — но ты должен хотя бы знать. Хотя бы знать и почувствовать на себе хоть какой-то дискомфорт. […] И поэтому международное бойкотирование тех или иных российских спортсменов, которые не имеют к политике никакого отношения, — решение верное.” ⁴
• 09 октрября: “Какими бы ни были россияне…пусть едут в Россию. Тогда они поймут. Они скажут, что эта война не имеет к ним никакого отношения и что все население не может нести ответственность, не так ли? Может”⁵

Я помню как на начале много было мыслей про то, что россиянам надо давать, условно, бесплатные VPN⁶:

The “apoliticals” choose to stay uninformed, because they find it too costly to seek out independent information. What you don’t know cannot be used against you, VPNs cost $$$ (and you need a Visa card to pay for one, which is not even an option anymore). […] 2. Call on your favorite VPN provider to wave their fees for people in Russia [..]

Потом все поняли, что они ее знать не хотят и/или ЧТО ИХ ВСЕ УСТРАИВАЕТ. А еще, как оказалось, они сами вполне способны поустанавливать себе VPN-ы, когда это действительно важно - например, когда заблокировали Инстаграм.

Я помню, как на начале войны мне друг из России кинул видео, где типа интервью россиян на улице, все поддерживали войну. Я тогда сказал, что все не может быть так плохо, это не может быть мнением обычных россиян, никто не может так поддерживать войну, и вообще на камеру никто не будет говорить другого (хотя тогда это ещё не было нелегально).

Друг сказал, что к сожалению, большинство россиян действительно думают, как те, кто на видео.

Мне нужны были месяцы, чтоб самому в это поверить.

Что это не пенсионеры, что это реально подавляющее большинство, и что они реально поддерживают эту войну.

Что теперь?

Каждая Буча, каждая трагедия, каждое интервью и каждое открытие опросов Левады добавляют в копилку.

Eсли что-то все-таки станет последней каплей - мобилизация, экономика, визы, отсутствие Кока-Колы - я все равно всю жизнь буду помнить, что пока они лично не страдали, война и геноцид были ОК.

После начала мобилизации количество россиян, хотящих мирные переговоры⁷, вместо 44% стали 48% - они или поняли, что с войной все плохо, или почувствовали угрозу лично себе. Никакие изменения в их настроениях в будущем не оправдают их в моих глазах.

И вообще - какие же высокие стандарты. Мы оперируем процентами людей имеющих определенное мнение, радуемся, когда больше людей против войны и геноцида чем людей поддерживающих его. Что-то делать по этому поводу вообще не на горизонте. (Хотя их протесты против мобилизации безусловно стоит поддерживать - не важно, какие там причины, наши incentives там вполне aligned.)

Я поддерживаю почти любые меры, которые могут помочь остановить войну, даже если они будут означать страдания простых россиян, которые типа не виноваты - мы уже поняли, что для них война и геноцид не повод изменить свои отношения к власти (а тем более - господипрости - что-то сделать по этому поводу). Что годы упрощенного визового режима с ЕС не особо на что-то повлияли. Что средний россиянин, имеющий доступ ко всей информации мира (и часто родственникам в Украине), предпочитает не искать правду, которая делает больно.

Меньше эмпатии, чем к среднестатистическому россиянину, у меня только к тем из них, кто с оружием на территории Украины⁸. И страдания, которые их ждут, это бесконечно меньше той боли, убийств, изнасилований и братских могил, которые такие же not-just-Putin-ы делают в Украине, и продолжают делать, и будут продолжать делать.

Some of them might suffer, but it’s a sacrifice I’m willing to make.

(Есть те немногие герои, пытающиеся что-то изменить, часто рискуя своей жизнью - но к сожалению, следующий русский, которого я встречу, вероятно будет не кем-то из них. Следующий русский, которого встречу, is statistically likely to support the genocide of my people. И как уже писал после Бучи, никто из них не будет иметь benefit of the doubt в моих глазах, и это будет их проблемой доказать мне, что они не те 70%.)

Бог знает как долго я шел к этому, и как же мне тяжело так думать, и тем не менее объективная реальность вокруг и intellectual honesty не оставляют мне альтернативы.

Украина

Украина, Батьківщина, “home is where the water tastes normal” + “дом это где твой кот” и все бесконечные вариации - это больные темы всю мою жизнь. Но сейчас все стало еще больнее.

Тем не менее - war started and everything is worse now. У меня есть несколько родственников, которых я не ожидаю больше увидеть живыми.

Я чувствую много вины по поводу того, что не звоню и не общаюсь с ними несмотря ни на что.

Я чувствую, что жизнь идет вперед - и в мое отсутствие, Украина меняется, и именно эти изменения дают мне четко понимать, как же сильно я все еще привязан к Украине.

Как же мое сердце все еще там, и насколько большую роль она играет в моей жизни. И окончательно - вероятно, так и будет навсегда.

Последний раз, как я там был, одна родственница сказала: “спочатку немає часу приїхати, потім немає до кого”.

Я чувствую, как жизнь - моя жизнь, не только моя жизнь - утекает. И последние потерянные полгода, хотя дали на самом начале несколько очень приятных моментов.